серцем богови за нас и за племя наше моляться и благовловляють нас. Тако молвя и последний цари по тому же пути пожаловали попов и черньцов. Дань ли или иное что ни будеть, тамга, поплужное, ям, воина кто чего ни попросить и рькли были дати, кто паки того у нас не ведаеть, вси ведаем. И мы, богу молясь, и их грамоты не изыначили. Тако молвя по первому пути, которая дань, или поплужное, или подвода, или корм кто ни будеть, да не просять; ям, воина, тамга не дають. Или что церковное, земля, вода, огороди, винограды, мелници, зимовища, летовища — да не заимають их. И яже будуть поимали, — и они да въздадуть назад. А что церковное мастери, соколници, пардусници кто ни будеть, да не заимають их, ни стерегуть их. Или что в законе их книги или ино что — да не заимають, ни емлють, ни издеруть, ни погубять их. А кто иметь веру их хулити, — тот человек извиниться и умреть. Попове един хлеб ядуще и во едином дому живуще, у кого брат или сын, и тем по тому же пути пожалование, ажь будуть от них не выступились. Будет же ли, от них выступились дань ли или ино что, — ино им дати. А Попове от нас пожаловани по пръвои грамоте, бога молящи и благословляюще нас стоите.
А иже имете не правым сердцем о нас молитесь, — богу тот грех на вас будеть. Так млъвя. Аж кто не поп будеть, иные люди, иметь к себе приимати, хотя богови молитись, что в том будеть. Так млъвя, сему митрополиту грамоту дали есьмя. Сию грамоту видяще и слышаще от попов и от черньцов ни дани ни иного чего ни хотять ни възмуть баскаци, княжи писци, поплужники, таможници, а возмуть ине по велицеи язе извиняться и умруть.
Тако млъвя заечего лета осеннего пръваго месяца в четвертый ветха на Талы. Писано.
4. [1351 г. февраля 4] ЯРЛЫК ТАИДУЛЫ МИТРОПОЛИТУ ФЕОГНОСТУ
По Ченибекову ярлыку Таидулино слово татарьскым услусным князем и волостным и городным и селным дорогам и таможником и побережником и мимохожим послом, или кто на какове дело придеть ко всем. Из давных из добрых времен и доселе что молятся богомолци и весь поповьскыи чин, и те никаких пошлин не ведають — самому богу моляться за племя наше в род и род и молитву въздають. Тако млъвя Феогноста митрополита царь пожаловал с алою тамгою ярлык дал. И мы первых ярлыков не изыначя млъвя Феогносту митрополиту с нишением грамоту дали есмы. И как в Володимери сед богу молиться за Зденибека и за нас и за наши дети молитву въздаеть. А пошлина ему не надобе, ни подвода, ни корм, ни запрос, ни каков дар, ни почестия не въздаст никакова, ни люди его. А земль его, ни вод, ни огородов, ни Виноградов, ни мелнець кто ни будеть не заимают их, ни силы, ни истомы не творять им никакие ни отъимають у них ничего. Или где стануть да не емлють у них ничего. Так есмы млъвили. А кто пак беспутно силу учинить какову или пошлину замыслить, умреть и поблюдеться. И ты, Фегност митрополит, возмолвишь, что так есмь пожалован. А котории к тобе не причястни огороди, виногради, воды, земли, сам нечто не так учинишь, то сам ведаешь. А за нас богу молитву въздаваи. Тако млъвя на утвержение нишеную грамоту дали есмы. Заечия лета арама месяця во осмыи новаго в Сарае орда кочевала. Написано.
А жалобу положил Таоббога, Акъхочя мухтар Учюгуи карапчии. Писано.
5. [1357 г. ноябрь] ЯРЛЫК БЕРДИБЕКА, ВЫДАННЫЙ МИТРОПОЛИТУ АЛЕКСЕЮ
Бесмертнаго бога силою и величьством из дед и прадед Бердебеково слово татарьскым улусным и ратным князем Муалбугиною мыслию волостным самим дорогам и князем, и писцем, и таможником, побережником и мимохожим послом и соколником, и пардусником, и бураложником, и заставщиком, и лодеищиком или кто на каково дело ни поидеть многим людем и ко всем.
Ченгизь царь и последний цари наши отци наши и за тех молилися молебники и весь чин поповьскыи. Какова дань ни буди или пошлина, ино тем не надобе ни видети, чтобы во упокой бога молили и молитву въздавали. Тако млъвя, ярлыки подавали. И кто ни будеть, вси уведав ярлыки подавали. И нынечя мы пръвых царей ярлыки не изныначивая, одумав, по тому же есмы Алексия43 митрополита пожаловали. И как сед и Володимери богу молиться за нас и за племя наше молитву творит. Так есмы млъвили — и кая дань ни будеть или пошлина, не емлют у них, ни подвод, ни кормов, ни пития, ни запросов, ни почестия не въздають. Или что церковнии домове, земли и воды, огороди, виногради, мелници, — и того у них не емлют, ни силы над ними не творять никакые. А кто будеть что взял или кто возметь, — и тот да отдасть назад. А в церковных кто ни будеть чтобы ся у них не ставили ни рушити их. А кто ся иметь ставити или рушити их, — и той в гресех будеть да умреть. А ты, Алексеи, митрополит и весь вашь поповьскыи чин възмолвить, что сяк пожаловани есмы да церковным домом, землям, водам, огородом, виноградом или над церковными людми что учинишь чрез пошлину, — ино то на тобе. Или кто разбоем, татбою, лжею лихое дело учинить каковъ, а не имешь того смотрити, ино то сам ведаешь, каково о том исправление учинишь. А о нас к богу молитву твори, занеже ты преже, а мы потом не млъвим ничего.
Так рекши, баису да ярлык с алою тамгою дали на утвержение вам тигигуя лета десятаго месяца в семьсот осмое сылгата месяца в десятый нова, а орда кочевала на Каонге. Написано. Мувалбога усяин сараи ягалтаи Кутлубугаи. И те головные князи жалобу клали, сеунчь Темурь мюрь бакшии писал.
6. [1354 февраля 11] ЯРЛЫК ТАИДУЛЫ, ВЫДАННЫЙ МИТРОПОЛИТУ АЛЕКСЕЮ
По Дченибекову ярлыку Таидулино слово к темным и к тысящным, князем, и сотником и десятником, и волостелем, и городным дорогам, и князем, и к мимохожим послом, и ко многим людем и ко всем.
Всь митрополит Алексии, коли ко Царюграду, поидеть, и кто где ни будеть, чтобы его не переимали, ни силы бы ему не чинили никакые. Или где ему прилучиться постояти, чтобы его никто не имал, ни людей бы его ни переимал никто, ни коней бы у них не имали ни иного ничего — в упокой бы были, занеже за Дченебека
